В рамках изучения этнопсихологии наткнулась на любопытный парадокс. Мы часто думаем, что глобализация стерла границы, но на уровне базовых инстинктов и «культурного кода» пропасть только растет.

Особенно это заметно в женских стратегиях. Сейчас модно импортировать «западную модель»:

«Мои границы» (читай: дистанция и холод);

«Моё время дорого» (читай: попытка продать своё присутствие как товар);

«Я — независимый партнер» (читай: я не умею и не хочу быть тылом).

На Западе эта модель работает в рамках «социального контракта», где люди — это просто два юридических лица. Но когда эта «прошивка» попадает на нашу почву, она дает сбой. Почему?

Потому что наш культурный код (особенно у сильных, реализованных мужчин) настроен на биологическую правду. Для нашего доминанта женщина — это не партнер по переговорам. Это источник витальности, тепла и безусловной лояльности.

Трагедия «западничества» в том, что женщина искренне верит: работа делает её «эксклюзивом». Но для местного вожака это — шум. Ему не нужны границы, ему нужно их отсутствие внутри семьи. Ему не нужно «дорогое время», ему нужно, чтобы его ждали.

В итоге мы видим странную картину: женщина строит из себя «Джей Ло» , а мужчина считывает лишь отсутствие энергии и попытку подсунуть контракт там, где должна быть жизнь.

Биологический капитал (здоровье, мягкость, верность) всегда будет бить социальный шум (работа, встречи  с друзьями или подругами). Просто потому, что иерархия и инстинкты древнее любых тренингов по личностному росту.